14 research outputs found
Electrodeposition of iron-molybdenum coatings from citrate electrolyte
Specifi c features of the electrodeposition of iron–molybdenum coatings from a citrate electrolyte based on iron(III) sulfate and sodium molybdate in dc and unipolar pulsed modes were studied. It was demonstrated that bright compact coatings with varied content of molybdenum can be produced by varying the relative concentrations of salts of the alloy-forming components and the solution pH. The current density ranges providing the high efficiency of the galvanostastic electrolysis were determined and it was shown that using the pulsed mode makes smaller the amount of nonmetallic impurities in a coating, diminishes its roughness and leads to formation of surface layers with a more uniform composition, The iron–molybdenum coatings exhibit a high corrosion resistance in corrosive media and physicomechanical properties improved as compared with the base metal, which makes it possible to recommend these coatings for protection from corrosive-mechanical disintegration and restoration of the surface of worn articles
Surface analysis of Fe-Co-Mo electrolytic coatings
Coatings Fe-Co-Mo with a composition of 47 at.% iron, 28 at.% Cobalt and 25 at.% Molybdenum were deposited from citrate electrolyte using pulse electrolysis mode. Scanning electron and atomic force microscopy have established the surface morphology and topography. It was identified the parts with a globular structure which have an average size of 0.2-0.5μm and singly located sharp grains. Within the same scan area sites with developed surface were detected the topography of which is identical to the crystal structure of cobalt with the crystallites size of 0.2–1.75μm. The parameters Ra and Rq for parts with different morphology as well as average characteristics of coatings demonstrated the low roughness of the surface. It is found that the coercive force of Fe-Co-Mo films is 7-10 Oe, which allow us to classify the Fe-Co-Mo coatings as soft magnetic materials
ДИНАМИКА СОСТОЯНИЯ УГЛЕВОДНОГО ОБМЕНА ПОСЛЕ РЕНАЛЬНОЙ ДЕНЕРВАЦИИ У БОЛЬНЫХ РЕЗИСТЕНТНОЙ АРТЕРИАЛЬНОЙ ГИПЕРТОНИЕЙ В СОЧЕТАНИИ С САХАРНЫМ ДИАБЕТОМ 2-ГО ТИПА
The aim of the study was to evaluatetheglycemic control dynamics depending on degree of blood pressure (BP) reduction and dynamic of TNF-α after 6 and 12 months of Tran catheter renal denervation (TRD) of patients with true resistant hypertension (RH) and type 2 diabetes mellitus (T2DM). Material and methods. Thirty two essentially hypertensive patients with type 2 diabetes mellitus (T2DM) and resistant hypertension were included in single-arm prospective interventional study. Office BP measurement, ambulatory 24-h BP, renal Doppler ultrasound and assessment of renal function (proteinuria, creatinine, eGFR), HbА1c and fasting plasma glucose (FPG) levels, activity of TNF-α were performed at baseline and 6 and 12 months after TRD. On average, patients were taking 4 (3–6) antihypertensive drugs. None of the patients changed the antihypertensive treatments during follow-up. A 6 months follow-up was completed by 27 patients (43–75 years old, 14 male), 12 months follow-up was completed by 26 patients. Results. Renal denervation significantly reduced the systolic office BP (SBP) as well as 24-h SBP (– 27.2/–10.7 mm Hg and–13.4/–10 mm Hg, respectively, p < 0.01 after 6-month follow-up, and –31,7/–12,8 mmHg and –13.4/–10 mm Hg, respectively, p < 0.01 after 12-month follow-up) without any negative effect on renal function. The number of responders with reduction of SBP >10 mmHg according to ABPM were 56% (15/27) after 6-month and 61.5% (16/26) after 12-month follow-up. There were significant reduction of the average HbA1c levels (from (6.9 ± 1.8)% to (5.8 ± 1.5)%, p = 0.04) and nonsignificant decreasing of FPG levels (from 8.7 ± 2.8 to 7.7 ± 2.1 mmol/L, p = 0.07) after 6-month followup. Conspicuously, the responders according to ABPM had significantly higher mean dynamics of HbA1c than the non-responders after 6-month follow-up (–2.4 ± 1.9 and –0.1 ± 0.8%, p = 0.02, respectively) as well as after 12-month follow-up (–0.12 ± 0.98 and 1,26 ± 1.11%, p = 0.04 for HbA1c, and – 0.89 ± 1.9 и 0.85 mmol/L ± 1.19, p = 0.02 for FPG levels). There were significant decreasing of TNF-α after 12-monthfollow-up (from 2.21 (1.54–3.65) to 1.4 (1.11–1.47pg/ml), p = 0.007), without relation to BP and HbA1c dynamics, and response to TRD. There were not the correlations between dynamics of HbA1c and FPG levels with BP reduction and change of TNF-α after 12-month follow-up. Conclusions. Renal denervation of patients with true resistant hypertension and diabetes mellitus type 2 after 6 and 12 months was followed by improved glycemic control, BP reduction and decreasing of mean levels of TNF-α. Glycemic control improvement after the renal denervation was more expressive in the responders. Цель исследования – оценить изменение состояния углеводного обмена через 6 мес и 1 год после ренальной денервации (РД) в зависимости от степени антигипертензивного эффекта и динамики фактора некроза опухолей α (ФНО-α) у больных резистентной артериальной гипертонией (РАГ) в сочетании с сахарным диабетом (СД) 2-го типа (СД-2).Материал и методы. Ренальная денервация почечных артерий проведена у 32 больных истинно резистентной АГ в сочетании с СД-2. Полугодовой период наблюдения закончили 27 пациентов (14 мужчин и 13 женщин (возраст 43–75 лет)), годовое наблюдение – 26 человек. Всем больным проводили общеклиническое обследование, измерение офисного артериального давления (АД), 24-часовое амбулаторное мониторирование АД (АМАД), допплерографию почечных артерий, оценивали состояние углеводного обмена (базальная гликемия, гликированный гемоглобин (HbA1c), концентрацию в плазме крови ФНО-α и почечную функцию (протеинурия, креатинин сыворотки крови, расчетная скорость клубочковой фильтрации (по формуле MDRD). Пациенты получали в среднем 4 (3–6) антигипертензивных препарата. Антигипертензивная и сахароснижающая терапия оставались стабильными в течение всего периода наблюдения. Результаты. Через 6 мес после РД отмечался значимый антигипертензивный эффект (–27,2/–10,7 мм рт. ст. для офисного АД и –13,4/–10,0 мм рт. ст. для АД–24-ч, p < 0,01), остававшийся стабильным в течение всего года (–31,7/–12,8 мм рт. ст. и –13,4/–10,0 мм рт. ст., соответственно,p < 0,01). Снижение систолического АД (САД) более 10 мм рт. ст от исходных значений (группа респондеров) по результатам АМАД через 6 мес зарегистрировано у 56% больных (15 из 27 пациентов), через год – 61,5% (16 из 26 человек). Через 6 мес после вмешательства установлено статистически значимое уменьшение среднего уровня HbA1c (от (6,9 ± 1,8) до (5,8 ± 1,5)%, p = 0,04) и тенденция к снижению базальной гликемии (от 8,7 ± 2,8 до (7,7 ± 2,1) ммоль/л, p = 0,07). При этом снижение HbA1c было более выраженным у респондеров (по САД–24 ч), чем у нереспондеров (–2,4 ± 1,9 и –0,1 ± 0,8 соответственно, p = 0,02). Различие динамики HbA1c между респондерами и нереспондерами cохранялось и через год наблюдения (–0,1 ± 1,0 и 1,3 ± 1,1, p = 0,04), также как и динамики базальной гликемии (–0,9 ± 1,9 и 0,8 ± 1,2, p = 0,02). Через год после РД было обнаружено статистически значимое снижение уровня ФНО-α (от 2,21 (1,54–3,65) до 1,40 (1,11–1,47) пг/мл),p = 0,007), не зависящее от выраженности снижения АД и ответа на вмешательства. Прямой связи между снижением показателей углеводного обмена и динамикой концентрации ФНО-α, а также степенью антигипертензивного эффекта через год также не отмечено. Выводы. Ренальная денервация у больных резистентной АГ, ассоциированной с СД-2, оказывала благоприятное влияние на состояние углеводного обмена на фоне выраженного и стабильного в течение года антигипертензивного эффекта, а также снижения активности ФНО-α. При этом статистически значимое улучшение гликемического контроля отмечалось при снижении среднесуточного систолического АД более 10 мм рт. ст. от исходных значений
Функциональные свойства многокомпонентных гальванических сплавов железа с молибденом и вольфрамом
Galvanic alloy coatings Fe-Mo (W) and Fe-Mo-W were deposited from citrate bath based on Fe (III) using both direct and pulsed current on substrates steel 3 and grey cast iron GC 18. It was shown that the alloying components content, their distribution on the surface, morphology and topography of the coatings are depended on the electrolysis mode. It was established that the functional properties of the binary and ternary alloys of iron (corrosion resistance, microhardness, antifriction et al.) exceed parameters of the substrate and are predetermined by the composition, structure, material and surface roughness.Электролитические покрытия сплавами Fe-Mo (W) и Fe-Mo-W получены из цитратного электролита на основе Fe (III) в гальваностатическом и импульсном режимах на подложках из стали 3 и серого чугуна СЧ 18. Показано, что содержание легирующих компонентов, их распределение по поверхности, морфология и топография покрытий зависят от режима нанесения. Установлено, что функциональные свойства бинарных и тернарных сплавов железа (коррозионная стойкость, микротвердость, антифрикционные и др.) превышают показатели подложки и предопределяются составом, структурой материала и шероховатостью поверхности