6 research outputs found
Опыт применения трансартериальной химиоэмболизации печеночной артерии в комплексном лечении больных метастатическим раком молочной железы
Local therapy can complement traditional systemic drug therapy for metastatic breast cancer. The objective of the study was to assess toxicity, immediate results of the treatment and to determine the overall survival rate in patients with breast cancer with metastases to the liver, who underwent transarterial chemoembolization (TACE) of the hepatic artery in combination with traditional chemotherapy with taxanes. Sixty patients were divided into 2 groups: 34 patients received combined treatment (systemic chemotherapy with the following TACE (1–2 procedures) with HepaSphere microspheres, lipiodol, doxorubicin 30 mg/m² and 5‑fluorouracil 600 mg/m²), while 26 patients received chemotherapy only. The groups were comparable in terms of their main clinical parameters: age, initial stage, biological subtype, and previous treatment (p>0.05). Median follow‑up period was 17 months. The immediate response to the therapy according to the RECIST criteria in the chemotherapy+TACE group was the following: partial response — 7 (20.6 %), stabilization — 23 (67.6 %), disease progression — 4 (11.8 %). Adverse effects of TACE were manageable. Kaplan‑Meier 3‑year‑survival rate was 63.2 % in the chemotherapy+TACE group versus 43.8 % in the control group (p=0.039). Thus, TACE method can be included to the treatment protocol for the patients with metastatic breast cancer with partial response to chemotherapy or stabilization of the disease progression after chemotherapy for consolidation of the result.Локальные методы лечения могут дополнять традиционную системную лекарственную терапию метастатического рака молочной железы. Целью исследования была оценка токсичности, непосредственных результатов лечения и определение общей выживаемости у больных раком молочной железы с метастазами в печень, которым выполнялась трансартериальная химиоэмболизация печеночной артерии (ТАХЭ) в сочетании с традиционной химиотерапией таксанами. Шестьдесят пациенток были разделены на 2 группы: 34 пациентки получили комбинированное лечение в виде системной полихимиотерапии с последующим выполнением 1–2 процедур ТАХЭ с использованием микросфер HepaSphere, липиодола, доксорубицина 30 мг/м² и 5-фторурацила 600 мг/м², тогда как 26 пациенток получали только химиотерапию. Группы были сопоставимы по основным клиническим характеристикам: возраст, начальная стадия, биологический подтип и предшествующее лечение (р> 0,05). Медиана наблюдения составила 17 месяцев. Непосредственный ответ на терапию по критериям RECIST в группе химиотерапия + ТАХЭ был следующим: частичный ответ — 7 (20,6 %), стабилизация — 23 (67,6%), прогрессирование — 4 (11,8 %). Побочные эффекты ТАХЭ были контролируемыми. 3-летняя общая выживаемость по Каплану — Мейеру в группе химиотерапия + ТАХЭ составила 63,2 %, в группе контроля — 43,8 % (р = 0,039). Таким образом, метод ТАХЭ может быть включен в протокол лечения пациентов с метастазами рака молочной железы с частичным ответом или стабилизацией после химиотерапии для консолидации полученного эффекта
Эффективность и безопасность эрибулина при различных подтипах рака молочной железы: данные из реальной клинической практики в России
The article presents a pooled experience of the use of eribulin in the real clinical practice of treatment of metastatic breast cancer in Russian oncological institutions. The effectiveness of the drug in monotherapy with HER2‑negative breast cancer was analyzed, groups of patients with most effective use of eribulin were identified depending on the localization of metastases, the most effective lines of therapy. The effectiveness of the drug in combination with trastuzumab in HER2‑positive breast cancer is described, as well as toxic reactions. В статье представлен обобщенный опыт применения эрибулина в реальной клинической практике онкологических учреждений РФ при метастатическом раке молочной железы. Проанализирована эффективность препарата в монотерапии при HER2-отрицательном раке молочных желез, выделены группы больных в зависимости от локализации метастазов, линии терапии, в которых препарат оказался максимально эффективным. Описана эффективность препарата в комбинации с трастузумабом при HER2-положительном раке молочной железы, а также токсические реакции.
Study of polymorphisms of UGT1A1 and DPYD genes in chemotherapy for colorectal cancer
Background. The personalized approach implies an individual choice of medicines and their doses for the patient, providing the most effective and safe pharmacotherapy. Objective: analysis of the frequencies of UGT1A1 and DPYD polymorphisms and comparison of genotyping data with irinotecan and 5-fluorouracil-induced toxicity, respectively.Materials and Methods. Venous blood of 94 Caucasian patients (46 men and 48 women, median age 61 years). The *6 and *28 UGT1A1 alleles were identified by pyrosequencing, and the *2А DPYD allele was identified by Real-time PCR.Results. The genotyping of 94 patients with colon cancer did not reveal the *2A SNP in the DPYD gene. The frequency rate of the *6 and *28 alleles of the UGT1A1 gene was 0.346 and 0.016, respectively. 24 % of patients receiving chemotherapy with 5-fluorouracil developed side effects associated with the circulatory system and the gastrointestinal tract. Hematological and nonhematological toxic reactions were noted in 48 % and 50 % of patients receiving irinotecan. Severe bilirubinemia was associated with the *28/*28 UGT1A1 genotype. The presence of a high-risk genotype (*28/*1, *28/*28 UGT1A1) correlated with the development of side effects (p=0.040).Conclusion. The absence of carriers of the *2А DPYD allele in the sample with a significant proportion of pronounced adverse toxic reactions to 5-fluorouracil causes the need for the inclusion of new polymorphisms of the DPYD gene in pharmacogenetic testing. The inclusion of genotyping of UGT1A1 polymorphisms into a complex of preliminary examination is advisable when planning treatment with irinotecan