Puzikov R.V. Influence of the activity of the Constitutional Court of the Russian Federation on the formation of a legal doctrineАКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ КОНСТИТУЦИОННОГО И МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВ

Пузиков, Р. В.

Digital Library of Polotsk State University (Репозиторий Полоцкого государственного университета)

 264 УДК 347 ВЛИЯНИЕ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА  РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ НА ФОРМИРОВАНИЕ  ЮРИДИЧЕСКОЙ ДОКТРИНЫ  Р.В. Пузиков,  доцент кафедры гражданского права Института права и национальной  безопасности ФГБОУ ВО «Тамбовский государственный университет имени Г.Р. Державина», кандидат юридических наук, доцент  Прежде чем начать говорить о юридической доктрине, выработанной в решениях Конституционного Суда РФ (далее КС) необходимо говорить об учете решений КС, о пределах такого учета, о его технике, решать следующие вопросы: 1) что по существу представляют собой решения КС, являются ли они источниками права; 2) какова юридическая техника подготовки, принятия, изда-ния соответствующих решений и при каких обстоятельствах, и в какой части они могут претендовать на то, чтобы их учитывали в обязательном порядке; 3) опре-делят ли закон, или КС, или кто-либо необходимость учета соответствующих решений вообще или технику учета, в частности[3, c. 47].  Необходимо оговориться, что в данном контексте, под учетом юридиче-ской доктрины выработанной в решениях КС как источника права, понимается юридическая техника в ее широком и узком значении, т.е. речь идет, не только о средствах (технике) выражения законодательной воли в тексте закона, но и об отношениях, связанных с подготовкой законопроекта вообще. Прежде всего, имеется в виду «технология» учета позиций КС Государственной Думой как ор-ганом, принимающим законы. Постановка вопроса об источниках права не претендует на особую ориги-нальность. С того времени, когда был принят еще первый закон о КС, начались дискуссии о характере принимаемых им актов. Комплексно вопросы сформули-ровал, например, Л.В. Лазарев: то ли акты конституционного правосудия явля-ются нормативными актами, то ли это судебные прецеденты, то ли просто пра-вовые констатации, то ли решения преюдициального плана [4, с. 4]. С разными вариациями и в разных ракурсах эти вопросы обсуждались Г.А. Гаджиевым, Н.В. Витруком, В.А. Кряжковым, В.А. Тумановым и др. Весьма решительно комментирует соответстующую статью конституционного закона о Конституци-онном Суде Б. С. Эбзеев. С его точки зрения, КС «формирует конституционно-правовую доктрину, предлагает свое понимание тех или иных положений Кон-ституции, которое «связывает» все иные органы государственной власти и дру-гих субъектов конституционно-правовых отношений, и тем самым фактически выполняет правотворческую функцию» [5]. Юридическая доктрина, выработанная в решениях КС, по мнению В.В. Лазарева, «представляет собой полноценный источник права в том смысле, что они: акты федерального органа власти; в большинстве своем носят норма-тивный характер; принимаются в строго установленном порядке; по формулиро-ванию правовых положений приближаются к законодательным текстам, хотя PolotskSU 265 и имеют особенности в плане законодательной техники; содержат целый набор внешних атрибутов; являются официально публикуемыми текстами; всегда обя-зательны для своих адресатов; действуют непосредственно; они окончательны; влекут утрату юридической силы правовых норм; адресатами их является в большинстве случаев относительно неопределенный круг лиц (физических, должностных, юридических); участники правовых отношений всегда вынужде-ны руководствоваться решениями КС; государство обеспечивает обязательность решений КС не только соответствующими нормативными актами, но и соответ-ствующими организационно-принудительными мерами»[3, c. 48].  На Западе, оказывается, вновь получает свою силу такой источник права, как доктрина. Так вот, акты КС более всего приближаются по своему содержа-нию к доктрине. По содержанию! Правовые позиции, выраженные в решении КС — вместе, или лучше сказать, в контексте с особыми мнениями судей — во многом напоминают доктрину в самом прямом смысле этого слова. Следовало бы также уподобить решения КС праву юристов, коллективно-му праву юристов. Если бы особые мнения судей принимались в качестве обяза-тельного руководства к действию, то мы могли бы вспомнить об Ульпиане, о римских юристах, чьи позиции являлись настоящим источником права. В РФ такого пока нет. Но если доктрина в чистом виде получит свои права (предполо-жим на одну минуту, что и здесь мы поспешим вслед за европейским правом), то особые мнения членов КС будут первыми претендентами на эту роль. Оценивая юридическую доктрину, выработанную в решениях КС в каче-стве источника права, следует проанализировать структуру постановлений и определений КС. Вывод напрашивается такой, что акт в целом является источ-ником права. В то же время разное значение имеет мотивировочная часть, в ко-торой содержатся позиции КС, и часть резолютивная, в которой формулируется итоговое решение. В определенном отношении правовые позиции (непосред-ственно сама юридическая доктрина) приобретают самостоятельное значение, как бы отрываясь от резолютивной части. Если мы признаем решения КС источником права, по-иному будет оцени-ваться их эффективность. Одно дело правоприменительный акт и другое — акт, содержащий право. Дело уже не ограничится доказательственным значением до-кументов, заключений экспертов, позиций сторон и т. д. Их оценка сместится в сторону обоснованности права, его эффективности, его места в системе других источников права, его цены и т. д. Довольно часто и в самых решительных выражениях КС предписывает за-конодателю принять необходимые нормы. По-видимому, это особая разновид-ность правового предписания, казалось бы, индивидуального характера. Но если акт будет принят, он будет действовать вместе с предписанием КС, и, следова-тельно, налицо известные черты его нормативности. Законодатель пристально следит за решениями КС. Следует со всей опре-деленностью заметить, что законодатель реагирует, как мы только что убеди-лись, отнюдь не только по прямому его указанию. Если в ходе рассмотрения де-ла в КС выявляются потребности более полно гарантировать интересы граждан, более полно выразить демократическую линию развития, он вносит изменения PolotskSU 266 идополнения в свои нормативные акты. Так, после того, как КС в принципе ре-шил вопрос о возможности приватизации комнаты в коммунальной квартире без обязательного согласия нанимателей других помещений, вначале московский, а затем и российский законодатели разработали законопроекты, которыми в определенной мере гарантируются права граждан, проживающих в комму-нальных квартирах. Признание КС нормативного акта или отдельных его положений некон-ституционными должно в обязательном порядке повлечь их отмену даже без специального на то указания в тексте решения.  Нет никакого сомнения в том, что законодатель и КС в равной степени озабочены проведением в жизнь демократических принципов российского зако-нодательства. Если здесь и могут возникать своего рода коллизии, то только в части выявления подлинного смысла конституционных положений или в части избрания способов проведения демократических принципов законодательства в жизнь. Следует констатировать, что технология учета юридической доктрины, выработанной в решениях КС в законодательной деятельности нормативно не определена, и никто ее пока официально не установил. Конституционный закон о Конституционном Суде в ст. 79 определил юридическую силу решения КС, и, как убеждаемся, она очень высокая (решение действует непосредственно, подтверждения кем-либо не требует, повторное принятие признанного некон-ституционным акта невозможно, последние окончательно утрачивают силу и не подлежат исполнению). Но, ни здесь, ни в какой-либо другой статье не устанав-ливается право КС давать соответствующие указания законодателю. Законода-тель сам должен пересмотреть признанные неконституционными акты «в уста-новленных федеральным законом случаях». Его никто не может обязать воспол-нить пробел в законодательстве. В случае, если таковой образовался в результате вынесения решения КС, конституционные нормы применятся непосредственно (с учетом вынесенного судом решения).  Список использованных источников: 1. Витрук Н.В. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федера-ции как источник конституционного права // Конституционное право: Восточноевро-пейское обозрение. - 1999. № 3 (28). – С. 82. 2. Кросс Р. Прецедент в английском праве. — М., 1985. — С. 111. 3. Лазарев В.В., «Техника учета решений Конституционного Суда Российской Федерации в законодательной деятельности», Законотворческая техника современной России: состояние, проблемы, совершенствование, Том 1, Нижний Новгород, 2001. – С. 47. 4. Лазарев Л.В. Конституционный Суд и развитие конституционного права // Журнал российского права.1997. – № 11. –С. 4. 5. Федеральный конституционный закон «О Конституционном Суде Российской Федерации». Комментарий. – М., 1966. – С. 23.  PolotskSU

Влияние деятельности Конституционного Суда Российской Федерации на формирование юридической доктрины

https://elib.psu.by/bitstream/123456789/21357/1/%d0%9f%d1%83%d0%b7%d0%b8%d0%ba%d0%be%d0%b2_%d1%81264-266.pdf

Влияние деятельности Конституционного Суда Российской Федерации на формирование юридической доктрины

Abstract

Similar works

Full text

Available Versions

Digital Library of Polotsk State University (Репозиторий Полоцкого государственного университета)