В христианской традиции представлены четыре подхода к нравственной оценке войны: реализм (Р. Нибур), милитаризм (Бернард Клервосский), пацифизм (Эразм Роттердамский) и концепция справедливой войны (Августин Блаженный и Фома Аквинский). Вопрос о том, какого из них придерживается та или иная христианская церковь на том или ином историческом этапе, зависит и от социально-политического контекста, и от внутрицерковных богословских и мировоззренческих установок

Беляева, Е. В.

Repository of Brest State Technical University

3 УДК 172  ЧЕТЫРЕ ПОДХОДА К НРАВСТВЕННОЙ ОЦЕНКЕ ВОЙНЫ  В ХРИСТИАНСКОЙ ТРАДИЦИИ  Е. В. БЕЛЯЕВА Белорусский государственный университет, г. Минск, Беларусь  Актуальность философского осмысления войны, к сожалению, никогда не исчезает, поскольку войны сопровождают историю человечества и усилия по достижению устойчивой мирной жизни достигают лишь частичного успеха.  Но именно перманентный характер этой проблемы побуждает смотреть на нее не из сиюминутного контекста, а из глубокой интеллектуальной традиции.  С этической точки зрения война предстается как зло и, казалось бы, проблемы ее нравственной оценки не должно существовать. Между тем, в истории куль-туры сложилось четыре основных подхода к интерпретации соотношения  морали и войны: реализм, милитаризм, пацифизм и концепция справедливой войны [2, с. 15–40; 5]. Реализм отрицает ценностный подход в политике и строит ее на базе госу-дарственных и национальных интересов. Для реалиста мораль на войне непри-менима, так как ее субъектами являются люди, а не государства, мораль в раз-ных странах различна до несовместимости, и даже если до войны нравственные отношения между людьми и народами могли существовать, то с началом воен-ных действий нравственное поведение становится фактически невозможным. В свою очередь, моральные аргументы на войне лишь возбуждают дополнитель-ные страсти и агрессию, мешая закончить насилие там, где оно выполнило свои цели.  С точки зрения милитаризма война не нуждается в моральном оправдании. Напротив, сама она является нравственной практикой, критерием и практиче-ским способом различения добра от зла, воспитывает в людях лучшие мораль-ные качества, сплачивает сообщества, воспитывает патриотизм.  Пацифизм утверждает ровно противоположное: война разрушает добродетели в людях и нравственность в социальном пространстве, насилие и мораль несовме-стимы, поэтому любая война безнравственна и подлежит моральному осуждению.  Концепция же справедливой войны трактует нравственное значение войн избирательно, разделяя их на морально оправданные (справедливые) и нрав-ственно недопустимые (несправедливые).  Все четыре подхода к нравственной оценке войны представлены в христиан-ской традиции. Это неудивительно, так как за две тысячи лет своего существова-ния христианство образовало целый мир, вмещающий в себя все проблемы и про-тиворечия этого мира. Поэтому в разных исторических обстоятельствах в христи-анской теологии актуализировались те или другие этические аргументы. 1. Основы христианской концепции справедливой войны заложены Августи-ном Блаженным. С онтологической точки зрения война является следствием греха, а потому, как и первородный грех, является неизбывным феноменом жизни в Граде земном. Однако справедливыми являются только те войны, целью которых является мир (не только в смысле отсутствия войны, но и Божий мир 4 как утверждение христианских ценностей). Справедливая война должна  отвечать двум критериям: правого дела и легитимности власти. Правым делом является упомянутое установление мира, основанного на добре, справедливо-сти и христианских ценностях. Поэтому того, кто является разрушителем божь-его порядка вещей, следует наказать и принудить к добру с помощью силы. Второй принцип отвечает на вопрос «Почему христианин как человек должен придерживаться кротости и ненасилия, но христианин как подданный легитим-ной власти может применять насилие – воюют не люди, а государства».  Развивая идеи Августина Блаженного, Фома Аквинский дополнил концеп-цию справедливой войны. Он сохранил аргумент правого дела, которое состоит в реализации воли Бога и поддержании Божественного миропорядка, и аргу-мент о том, что война должна вестись законной властью. Дополнительными  соображениями стали тезисы о необходимости доброго намерения и пропорци-ональном применении насилия. Доброе намерение воюющих в целом определя-ется правотой дела, за которое ведётся война, однако Фома Аквинский усили-вает моральную сторону аргументации, показывая, что внутренняя установка на «любовь к врагам», стремление не только пресечь их зло, но и привлечь  к добру, является важным для нравственного оправдания войны. Тезис о необ-ходимости пропорционального применения насилия также указывает, что в спра-ведливой войне насилие является злом, а не самоцелью, и должно применяться ровно в той степени, в которой оно способствует достижению благой цели.  В целом концепция справедливой войны основывается на том, что те,  против кого начинается война, должны быть носителями злого начала, уже нарушившими мир как Божий порядок, тогда пресечение их несправедливой, противозаконной, аморальной деятельности оправдано. В современном мире, как отмечает И. Н. Сидоренко, «несмотря на то, что идея и концепция справед-ливой войны имеет свою историю, а ее принципы получили закрепление  в международных документах, принятых после Второй мировой войны, этиче-ская составляющая справедливого вооруженного противоборства неочевидна, тем более, что ни в одной войне принципы справедливого военного противо-стояния полностью не исполнялись и не могут исполниться» [4, с. 120]. 2. Христианский пацифизм представлен достаточно широко и апеллирует  в первую очередь к евангельской проповеди, которая провозглашает ненасилие, миролюбие и «возлюбление врага» в качестве правильной жизненной страте-гии. Ранние христиане отказывались служить в римской армии и отрицали применение силы даже для самозащиты, что получило обоснование в богослов-ских трудах Оригена, Климента Александрийского и других.  На евангельские сюжеты опирался в своей проповеди пацифизма Эразм Роттер-дамский. В сочинении «Жалоба мира, отовсюду изгнанного» (1517) он доказывает, что война противоречит Священному писанию, что Евангелие призывает про-щать обиды, а не разжигать вражду. Практика войны находится в вопиющем противоречии с христианскими заповедями: «не убивай», «не кради», «не прелю-бодействуй», «не лги», «не пожелай дома ближнего твоего» – и вообще попира-ет все святое. Причиной войн является безнравственность правителей, их эго-изм, низкие страсти, прихоти и любовь к богатству. Следствием войны также является безнравственность, так как она обучает насилию, грабежу и разврату.  5 Впоследствии представители многих христианских направлений развивали эти идеи и добивались альтернативной военной службы, опираясь на закон  о свободе совести и невозможность действовать вопреки своим убеждениям. Пацифистские устремления лежат и в основе миротворческой деятельности христианских церквей, когда они проводят ее для урегулирования многообраз-ных военных конфликтов современности. 3. На этом фоне удивительным феноменом выглядит христианский милита-ризм, не просто оправдывающий войну, но считающий ее разновидностью  духовного подвига. Эти идеи восходят к традиционному воинскому этосу,  в контексте которого сложился ряд нравственных представлений и добродете-лей, которые впоследствии стали общечеловеческими [1; 3].  В средневековье формирование рыцарских монашеских орденов привело  к формированию настоящей теологии войны, в которой воинские и христиан-ские добродетели максимально сближались. В результаты война считалась средством нравственного воспитания и ареной проявления добродетели.  Патрон ордена тамплиеров Бернард Клервосский, обосновывая крестовые по-ходы, стремился не только освободить совесть рыцарей Храма от ненужных сомнений, но и развивал идеи христианского милитаризма. Составляя устав  ордена тамплиеров, он рассматривал войну как место для религиозного подви-га, практику мученичества, подобающую христианскому монаху. Поскольку в средние века мораль неотделима от религии, то идея религиозной войны одно-временно была и идеей нравственной войны. 4. Христианский реализм – наименее распространенная позиция в нравствен-ной оценке войны, так как реализм стремится вывести войну из-под нравственных оценок, в то время как христианское учение, напротив, стремится распространить свою ценностную матрицу на любое социальное явление. Между тем, осознание полной несовместимости евангельских заповедей и практики войны может ве-сти не только к пацифизму, но и к реализму. Некоторые протестантские мысли-тели, такие как Мартин Лютер в XVI веке или представитель неопротестантиз-ма Рейнхольд Нибур в ХХ, понимали, что войны имеют реальную природу, их причины не коренятся в безнравственности человека и не могут быть прекра-щены пацифизмом. В сочинении «О нравственном человеке и безнравственном обществе» Р. Нибур подчёркивал, что человек принадлежит двум мирам – зем-ному и небесному, которые несовместимы. Если бы человек отвечал только за себя, то он должен был бы быть абсолютным пацифистом, но поскольку мы живём в мире, где есть интересы других людей, мы вынуждены оказывать во-оруженное сопротивление злу, пятная таким образом свои руки кровью. Такая «теория грязных рук» отличается не только от пацифизма, но и от концепции справедливой войны, так как не позволяет человеку оправдывать свое участие в войне, но заставляет его таким образом осознать свою неизбывную греховность. Таким образом, в христианской традиции представлены все четыре подхода к нравственной оценке войны: реализм, милитаризм, пацифизм и концепция справедливой войны. Вопрос о том, какого из них придерживается та или иная христианская церковь на том или ином историческом этапе, зависит и от соци-ально-политического контекста, и от внутрицерковных богословских и миро-воззренческих установок.  6 Литература 1. Беляева, Е. В. Воинский этос и универсалии морали / Е. В. Беляева // Фи-лософия и социальные науки. – 2008. – № 2. – С. 34–38. 2. Нравственные ограничения войны : Проблемы и примеры / под ред  Б. Коппитерса, Н. Фоушина, Р. Апресяна. – М. : Гардарики, 2002. – 407 с.  3. Оссовская, М. О некоторых изменениях в этике борьбы / М. Оссовская // Рыцарь и буржуа / М. Оссовская. – М. : Прогресс, 1987. – С. 490–510. 4. Сидоренко, И. Н. Феномен «справедливой войны» и ее трансформация в современном мире / И. Н. Сидоренко // Труды БГТУ. –  2020. – Серия 6. – № 1. – С. 116–120. 5. Этика войны и мира: история и перспективы исследования / под общ. ред. Б. Н. Кашникова, А. Д. Куманькова. – СПб. : Алетейя, 2016. – 200 с.  В христианской традиции представлены четыре подхода к нравственной оцен-ке войны: реализм (Р. Нибур), милитаризм (Бернард Клервосский), пацифизм (Эразм Роттердамский) и концепция справедливой войны (Августин Блаженный  и Фома Аквинский). Вопрос о том, какого из них придерживается та или иная хри-стианская церковь на том или ином историческом этапе, зависит и от социально-политического контекста, и от внутрицерковных богословских и мировоззренче-ских установок.   The Christian tradition presents four approaches to the moral evaluation of war: realism (R. Niebuhr), militarism (Bernard of Clairvaux), pacifism (Erasmus of Rot-terdam) and the concept of a just war (Augustine the Blessed and Thomas Aquinas). The question of which of them this or that Christian church adheres to at one or an-other historical stage depends both on the socio-political context and on internal church theological and ideological attitudes.   

Четыре подхода к нравственной оценке войны в христианской традиции

https://rep.bstu.by/bitstream/data/32123/1/3-6.pdf

Четыре подхода к нравственной оценке войны в христианской традиции

Abstract

Similar works

Full text

Available Versions

Repository of Brest State Technical University