17 research outputs found
Electron transport in a slot-gate Si MOSFET
The transversal and longitudinal resistance in the quantum Hall effect regime
was measured in a Si MOSFET sample in which a slot-gate allows one to vary the
electron density and filling factor in different parts of the sample. In case
of unequal gate voltages, the longitudinal resistances on the opposite sides of
the sample differ from each other because the originated Hall voltage
difference is added to the longitudinal voltage only on one side depending on
the gradient of the gate voltages and the direction of the external magnetic
field. After subtracting the Hall voltage difference, the increase in
longitudinal resistance is observed when electrons on the opposite sides of the
slot occupy Landau levels with different spin orientations.Comment: To appear in Europhys. Let
The impact of the time interval from diagnosis to radical prostatectomy on oncological outcomes in high-risk prostate cancer
Introduction. To date, the impact of the time interval from diagnostic prostate biopsy to radical prostatectomy on treatment outcomes remains a topical issue.Objective. To evaluate the effect of the timespan from diagnosis to radical treatment of prostate cancer (PCa) patients on tumor morphology and long-term oncological outcomes.Materials and methods. A retrospective analysis of the results of treatment of patients with high-risk PCa who underwent radical prostatectomy with extended lymphadenectomy from 2001 to 2019 in three St. Petersburg clinics was performed. The influence of the time interval from prostate biopsy to radical treatment on long-term outcomes was assessed.Results. An increase in the time interval before surgical treatment over three months did not affect the tumor morphology. Five-year biochemical relapse-free survival was 79.7%, 67.8% and 52.5% among patients with time interval from biopsy to surgical treatment less than 30 days, 30 – 90 days and more than 90 days, respectively. The time interval prior to radical treatment did not have any effect on overall and cancer-specific survival.Conclusion. The time interval from prostate biopsy to surgical intervention, not exceeding 3 months, is the most favorable with respect to long-term outcomes
Ответ на рецензию к статье "Раннее удаление уретрального катетера после экстраперитонеоскопической радикальной простатэктомии"
. Глубокоуважаемые коллеги! Мы совершенно согласны, что отсутствие сравнительной когорты – наиболее существенный недостаток исследования, однако сравнение с группой пациентов с более поздним удалением катетера не проведено по причине существенной неоднородности групп по причине разной техники (в последнем случае больные оперировались в основном чрезбрюшинно) и разным онкологическим показателям (более высокая стадия, низкая дифференцировка и т.п.). Действительно, патоморфологические и ранние онкологические результаты лечения не являлись основными и приведены они в статье для отображения того, что некоторые технические моменты (например, сохранение шейки мочевого пузыря, нервосбережение и прочее) могут оказать влияние на функциональные (в том числе функцию везикоуретрального анастомоза после удаления уретрального катетера) и онкологические результаты (распространенность, состояние хирургического края, и т.п.). Касательно послеоперационных осложнений, потенциально связанные с ранним удалением УК отмечены у 5 пациентов (17,9%), что соответствует результатам исследований ECaRemA (11%) и Ripreca (13,9%)
Программа раннего восстановления при радикальном хирургическом лечении больных раком предстательной железы: опыт специализированного стационара
Background. Currently, there are sufficient data on the favorable role of fast track program on the course of postoperative period. Nevertheless, the role of these protocols being already included in the standards of the surgical treatment of many cancers is not clear to date in oncourology in general and in the prostate cancer (PC).Objective: to determine the effect of fast track program elements for the results of treatment in patients after radical prostatectomy.Materials and methods. 86 radical minimally invasive (laparoscopic or endoscopic extraperitoneal) prostatectomies were performed for prostate cancer in the period from May 2015 to February 2016 in the Oncological Research Institute named after N.N. Petrov. Patients were divided into 2 groups: in patients of the 1st (n = 44) group included those with traditional surgical management fast track elements were not used at all or were used partly; in the 2nd group (n = 42) these elements were used in a whole volume. We have assessed an influence of fast track elements on the frequency of perioperative and early postoperative complications, operative time, duration of the hospitalization and duration of the stay in intensive care unit, frequency of the repeated surgical interventions, and frequency of the repeated hospitalizations within 30 days of the postoperative period.Results. The presence and the absence of preoperative preparation did not affect an incidence of intraoperative complications. Intraoperative blood loss did not lead to blood transfusions. There were no significant differences in the incidence of 30-day complications between groups. When evaluating postoperative parameters there was difference between 1st and 2nd groups in the pelvis drainage (3.3 and 0.9 days, respectively, p = 0.002), an average duration of catheterization (11.2 and 5.2 days, respectively, p = 0.0003) and duration of hospitalization (15.1 and 6.5 days, respectively, p = 0.0008).Conclusion. Application of fast track program of perioperative management of patients with prostate cancer does not affect the frequency of intraand postoperative complications, but economically it is potentially more feasible, primarily by reducing the term of the patient stay in hospital.Введение. В настоящее время существует достаточно данных о благоприятной роли программы раннего восстановления (fast track) на течение послеоперационного периода. Тем не менее роль этих протоколов, уже включенных в стандарты при хирургическом лечении многих онкологических заболеваний, на сегодняшний день в онкоурологии в целом и при раке предстательной железы (РПЖ) в частности не ясна.Цель исследования – определить влияние элементов программы fast track на результаты лечения у пациентов после радикальной простатэктомии.Материалы и методы. В период с мая 2015 г. по февраль 2016 г. в НИИ онкологии им. Н.Н. Петрова проведено 86 радикальных минимально инвазивных (лапароскопических или внебрюшинных эндоскопических) простатэктомий по поводу РПЖ. Больные были разделены на 2 группы: в 1-й группе (n = 44) традиционного хирургического ведения элементы fast track не применяли совсем или использовали частично; во 2-й (n = 42) – в полном объеме. Оценивали влияние выполнения положений fast track на частоту интраоперационных и ранних послеоперационных осложнений, длительность операции, сроки госпитализации и нахождения в отделе- нии реанимации и интенсивной терапии, частоту повторных хирургических вмешательств, а также повторных госпитализаций в течение 30 дней послеоперационного периода.Результаты. Наличие и отсутствие предоперационной подготовки не повлияли на частоту развития интраоперационных осложнений. Интраоперационная кровопотеря не привела к необходимости выполнения гемотрансфузий. Достоверных различий в частоте развития 30-дневных осложнений между группами не наблюдали. При оценке послеоперационных показателей отмечена разница между 1-й и 2-й группами в длительности дренирования таза (3,3 и 0,9 сут соответственно, p = 0,002), средней дли- тельности катетеризации (11,2 и 5,2 сут соответственно, p = 0,0003) и длительности госпитализации (15,1 и 6,5 сут соответственно, p = 0,0008).Заключение. Применение принципов ускоренной программы периоперационного ведения пациентов (fast track) при лечении больных РПЖ не влияет на частоту интра- и послеоперационных осложнений, однако потенциально экономически более целесообразно прежде всего за счет уменьшения срока нахождения больного в стационаре
Раннее удаление уретрального катетера после экстраперитонеоскопической радикальной простатэктомии
Background. Extraperitoneal radical prostatectomy (RP) in patients with prostate cancer is useful when there are no oncological indications to lymph node dissection (e.g. in low and intermediate-low risk of the disease), and allows to perform precise anastomosis and facilitates the early postoperative period. However, even minimally invasive approach does not avoid such factors as a urinary catheter that may disturb patients.Objective. We assessed the possibility to remove the urinary catheter as early as possible.Materials and methods. 28 patients with low (n = 22) and low-intermediate (n = 6) prostate cancer risk (according to NCCN (National Comprehensive Cancer Network) criteria) underwent an extraperitoneal laparoscopic RP from March 2017 to November 2018. All operations were performed by the same surgeon (A. Nosov). The inclusion criteria were the following: localized prostate cancer, prostate specific antigen (PSA) <10 ng/ml, ISUP group 1–2, life expectancy of more than 10 years and preoperative patient’s counseling (awareness about early catheter removal and discharge). All patients were continent before surgery. During surgery, the prostate and seminal vesicles were removed extraperitoneally without peritoneal cavity opening and conversion. Bladder neck sparing was performed in all cases but nerve-vascular bundles were spared according to indication (preoperative International Index of Erectile Function (IIEF), oncological reasons). Vesicourethral anastomosis was performed by two V-Loc circular sutures. No drainage tubes were inserted to control bleeding/urinary leakage. A urinary catheter Foley 20 Fr was inserted into the bladder after anastomosis completion. No other urinary drainage (suprapubic tubes, etc) was used. Anastomosis resistance and completeness were checked at the end of surgery by filling the bladder with 150 ml of saline through the catheter. Except for cases with macroscopic hematuria, urinary catheters were removed on the 1st postoperative day’s morning (<24 hours) with an active followup (daily voiding assessment, pelvic ultrasound and postvoided residual volume assessment) on Day 1. Immediately after the catheter removal, alpha-blockers (for urination alleviation) and PDE-5 inhibitors (in patients with neurovascular sparing) were prescribed. All patients were available for a 3-month follow-up. During the follow-up, a monthly combined assessment was performed, including IPSS, QoL, PSA analysis, pelvic ultrasound and urofloumetry.Results. The average patient’s age was 63 years (52–71 years). The median preoperative PSA level was 7.6 ng/ml. The intraoperative technique was unremarkable with no blood transfusion or conversion. All early postoperative complications were classified as minor – grade I, II and IIIa in 2 (7.2 %), 5 (17.8 %) and 1 (3.6 %) patients, respectively. Related to the early catheter removal complications included 1 (3.6 %) patient with urinary leakage (resolved by repeated prolonged urinary catheter insertion) and 4 (14.3 %) with urinary obstruction – resolved by single catheterization (n = 2), percutaneous suprapubic cystostomy (n = 2). No major complications were noticed during the follow-up. Totally, 22 (78.6 %) patients were discharged on the next day after the catheter removal – on the 2nd postoperative day. All discharged patients did not need readmission during the follow-up. Remained 6 (21.4 %) patients stayed at the hospital for 5–18 days. The pathological investigation showed upgrading in 9 (32.1 %) patients with low risk and in 1 (3.6 %) patient with low-intermediate risk. Upstaging to locally advanced forms was noticed in 6 (21.4 %) patients. All patients had the PSA level of <0.2 ng/ml 30–90 days after surgery. Postoperative assessment showed improvement in urinary function and erectile function sparing in selected patients, with no compromising functional results due to the early catheter removal.Conclusion. Despite the common widespread of minimally invasive RP, there is no consensus on the terms of a urinary catheter removal. According to our data, we suggested it might be of some benefit to remove a urinary catheter early in selected and well-informed patients. A thorough vesicourethral anastomosis pursuance, nerve-sparing, bladder neck sparing and Retzius sparing procedure, intraand postoperative assessment is necessary in all cases.Введение. Экстраперитонеальная радикальная простатэктомия (РПЭ) у пациентов с раком предстательной железы используется при отсутствии показаний для выполнения тазовой лимфаденэктомии, т. е. при заболевании низкого и промежуточнонизкого риска. Минимально инвазивные технологии при ее выполнении позволяют осуществить прецизионное формирование везикоуретрального анастомоза и зачастую облегчить течение раннего послеоперационного периода. Тем не менее даже минимально инвазивный подход не позволяет избежать факторов, ухудшающих качество жизни пациентов в послеоперационном периоде, таких как уретральный катетер.Цель исследования – оценка возможности удаления уретрального катетера в максимально ранние сроки после выполнения РПЭ.Материалы и методы. С марта 2017 г. по ноябрь 2018 г. в НМИЦ онкологии им. Н. Н. Петрова 28 пациентам с раком предстательной железы низкого (n = 22) и промежуточно-низкого (n = 6) риска (согласно критериям NCCN (National Comprehensive Cancer Network)) была проведена экстраперитонеальная лапароскопическая РПЭ. Все операции выполнены одним хирургом (А. К. Носов). Критериями включения в исследование явились локализованный рак предстательной железы, уровень простатического специфического антигена (ПСА) <10 нг / мл, сумма баллов по шкале Глисона ≤7, ожидаемая продолжительность жизни более 10 лет и предоперационное консультирование пациента (осведомление пациента о раннем удалении уретрального катетера). Все пациенты перед РПЭ полностью удерживали мочу. В ходе вмешательства проводили экстраперитонеальное удаление предстательной железы, семенных пузырьков, во всех случаях выполняли сохранение шейки мочевого пузыря и при наличии показаний (нормальная предоперационная функция по оценке опросника Международного индекса эректильной функции (МИЭФ-5), подходящие онкологические критерии) нервосбережение. Формирование везикоуретрального анастомоза, тщательность и прецизионность которого считались ключевым моментом в возможности раннего удаления уретрального катетера, осуществляли с помощью циркулярного шва нитями V-Loc. После формирования анастомоза его герметичность оценивали введением по устанавливаемому уретральному катетеру Фолея № 20 Ch 150 мл физиологического раствора. Другие мочевые / страховые дренажи не устанавливали. За исключением случаев макрогематурии уретральный катетер удаляли на 1‑е сутки послеоперационного периода (<24 ч) с последующим активным наблюдением за пациентом – субъективная и объективная оценка мочеиспускания (дневник мочеиспусканий, ультразвуковое определение остаточной мочи). Сразу после удаления уретрального катетера назначали ингибиторы ФДЭ-5 (при выполнении нервосберегающей РПЭ) и α-адреноблокаторы. Все пациенты были доступны для 3‑месячного наблюдения. В течение наблюдения проводили ежемесячную оценку состояния: анализ опросников IPSS, QoL, уровня ПСА, оценку остаточной мочи, урофлоуметрию.Результаты. Средний возраст пациентов составил 63 года (52–71 год). Средний уровень ПСА перед проведением РПЭ – 7,6 нг / мл. Во время операции ни у одного пациента не потребовалось выполнения гемотрансфузии или конверсии. Рутинная цистография перед удалением уретрального катетера не выполнялась. Все осложнения раннего послеоперационного периода отнесены к незначительным I, II и IIIa степеням соответственно у 2 (7,2 %), 5 (17,8 %) и 1 (3,6 %) пациента. Связанные с ранним удалением уретрального катетера осложнения включали затек мочи из зоны везикоуретрального анастомоза (у 1 (3,6 %) пациента разрешено повторной установкой катетера и пролонгированной катетеризацией) и обструкцию мочеиспускания (у 4 (14,3 %) пациентов, из них 2 выполнена повторная катетеризация и 2 – троакарная эпицистостомия). На следующий день после удаления катетера (2‑й послеоперационный день) были выписаны 22 (78,6 %) пациента. Повторных госпитализаций у больных этой группы не потребовалось. У 6 (21,4 %) пациентов продолжительность госпитализации составила 5–18 дней. Предоперационное занижение степени дифференцировки отмечено у 9 (32,1 %) пациентов из группы низкого риска и у 1 (3,6 %) больного из группы промежуточно-низкого. В 6 случаях изначально локализованный процесс патоморфологически оценен как местно-распространенный с инвазией в семенные пузырьки (n = 2) или с экстропростатическим распространением (n = 4). Все прооперированные пациенты имели уровень ПСА <0,2 нг / мл в течение 90 дней после операции. Послеоперационная оценка показала улучшение функции мочеиспускания и у отдельных пациентов сохранение эректильной функции после выполнения РПЭ с послеоперационным ведением по предложенной методике.Заключение. Несмотря на развитие хирургической техники и широкое распространение минимально инвазивного подхода в хирургическом лечении рака предстательной железы, единого мнения о сроках удаления уретрального катетера нет. Наши результаты показали, что при адекватном формировании везикоуретрального анастомоза с сохранением шейки мочевого пузыря, ретциевого пространства, при выполнении нервосбережения, тщательном прецизионном формировании анастомоза, обязательном интраи послеоперационном контроле и у проинформированных пациентов возможно раннее удаление катетера
Онкологические результаты неоадъювантной химиогормональной терапии у больных раком предстательной железы высокого и очень высокого риска
Tolsotogo St., Saint Petersburg 197022, RussiaBackground. Prostate cancer (PCa) of a high and very high risk is a potentially fatal disease that requires an active multimodal approach, including the use of neoadjuvant drug treatment. As option for this treatment is neoadjuvant chemohormonal therapy (NCHT) followed by radical prostatectomy (RPE). However, data on the oncological results of treatment of such patients are still limited and the role of neoadjuvant therapy in the treatment of high and very high-risk PCa remains not fully understood.Objective: to assess the oncological results of treatment patients with localized and locally advanced PCa of high and very high risk after NCHT. Materials and methods. This was a prospective randomized study: patients with PCa of high and very high-risk groups (prostate specific antigen levels (PSA) >20 ng/ml and/or Gleason score ³8 and/or clinical stage >T2c) were treated with RPE only (group RPE; n = 35) or NCHT followed by RPE (NCHT/RPE group; n = 36). The neoadjuvant course included the intravenous administration of docetaxel once every 21 days (75 mg/m2 up to 6 cycles) and the antagonist of the gonadotropin releasing hormone degarelix according to the standard scheme (6 subcutaneous injections every 28 days). After a follow-up examination evaluating the result of the neoadjuvant regimen, patients underwent RPE with extanded lymphadenectomy.Results. A mean follow-up was 37.08 ± 20.46 months. A statistically significant reduction of prostate specific antigen >50 % post-chemohormonal therapy was observed in all 36 cases. Lower postoperative stage was noticed in 38.5 % in NCHT/RPE group compared with 2.7 % in RPE group. Similarly, positive surgical margin rate was higher in group without neoadjuvant therapy – 40 and 25 % (RPE group). Cancerspecific survival was 97.2 % in NCHT/RPE group and 87.56 % in the RP group (p = 0.037), cancer specific survival rate – 91.4 % and 97.2 % respectively (log-rank test p = 0.22). At the same time, no statistically significant differences were obtained in 3-year recurrence free survival between groups: 38.8 % in NCHT/RPE group versus 43.6 % in the RPE group (log-rank test p = 0.36).Conclusion. Conducting NCHT before RPE is a safe and effective strategy in patients with PCa of high and very high risk groups and could improve oncological results.Введение. Рак предстательной железы (РПЖ) высокого и очень высокого риска развития рецидива – потенциально летальное заболевание, требующее активного мультимодального подхода, в том числе с применением предоперационного лекарственного лечения. Вариантом такого лечения является проведение неоадъювантной химиогормональной терапии (НХГТ) с последующим выполнением радикальной простатэктомии (РПЭ). Однако данные об онкологических результатах лечения таких пациентов ограничены и роль неоадъювантной терапии в лечении РПЖ высокого и очень высокого риска остается до конца не изученной.Цель исследования – оценить онкологические результаты лечения пациентов с локализованным и местно-распространенным РПЖ высокого и очень высокого риска после НХГТ.Материалы и методы. В рамках проспективного рандомизированного исследования пациентам с РПЖ групп высокого и очень высокого риска (уровень простатического специфического антигена >20 нг/мл, и/или сумма баллов по шкале Глисона ³8, и/или клиническая стадия >T2c) проведено лечение в объеме только РПЭ (группа РПЭ; n = 35) или НХГТ с последующей РПЭ (группа НХГТ/РПЭ; n = 36). Неоадъювантный курс включал внутривенное введение доцетаксела 1 раз в 21 день (75 мг/м2 до 6 циклов) и антагониста гонадотропин-рилизинг-гормона дегареликса по стандартной схеме (6 подкожных введений каждые 28 дней). После проведения контрольного обследования с оценкой эффективности неоадъювантного режима пациентам выполнялась РПЭ с расширенной лимфаденэктомией.Результаты. Среднее время наблюдения за пациентами составило 37,08 ± 20,46 мес. На фоне НХГТ снижение уровня простатического специфического антигена на 50 % и более отмечено у всех 36 пациентов. Меньшая распространенность после НХГТ и операции выявлена в 38,5 % случаев по сравнению с 2,7 % в группе РПЭ. Положительный хирургический край был чаще зафиксирован в группе РПЭ – в 40 % случаев против 25 % в группе НХГТ/РПЭ (χ2 = 4,1; df = 1; p = 0,043). В группе РПЭ 3-летняя общая выживаемость составила 87,56 %, в группе НХГТ/РПЭ – 97,2 % (log-rank-тест р = 0,037), скорректированная выживаемость – 91,4 и 97,2 % соответственно (log-rank-тест р = 0,22). При этом не получено статистически достоверных различий по уровню 3-летней безрецидивной выживаемости между группами: 38,8 % в группе НХГТ/РПЭ против 43,6 % в группе РПЭ (log-rank-тест р = 0,36).Заключение. Проведение НХГТ перед РПЭ является безопасной и эффективной стратегией у больных РПЖ групп высокого и очень высокого риска, позволяющей улучшить онкологические результаты
Fast Track при резекции почки
The study objective: estimation of two group patients, treated in N.N. Petrov National Medical Research Center of Oncology with renal cell carcinoma.Materials and methods. The 1st group include patients with standard postsurgical care management after open renal resection with lumbotomy access and warm renal ischemia. The 2nd group include the same treated patients with minimally invasive surgeries and fast track elements under induced hypotension. We analysed preparation of patient for surgery, differences in after treatment care management, frequencies and pain severity, after treatment complications, blood loss severity.Results and conclusion. Research suggests that the system of enhanced recovery after renal resection ensure early patients rehabilitation with two-time less hospitalization period.Цель исследования – анализ ведения 2 групп пациентов, получивших лечение в НМИЦ онкологии им. Н. Н. Петрова по поводу рака почки.Материалы и методы. В 1‑ю группу вошли пациенты, которым выполняли стандартное послеоперационное ведение после открытой резекции почки люмботомическим доступом с проведением тепловой ишемии, во 2‑ю – пациенты, прооперированные в том же объеме с применением миниинвазивной хирургии и элементов fast track в условиях управляемой гипотонии. Оценивали предоперационную подготовку, разницу в послеоперационном ведении пациентов, частоту и выраженность болевого синдрома, послеоперационных осложнений, степень кровопотери.Результаты и заключение. Анализ показал, что система периоперационной ранней реабилитации при резекции почки обеспечивает быструю реабилитацию больных, позволяя вдвое сократить этап стационарного лечения.
Сравнение результатов лечения больных раком предстательной железы высокого риска по критериям EAU и NCCN
Background. High-risk prostate cancer (PCa) occurs in 15-25 % of newly diagnosed cases and is a life-threatening condition that requires active treatment. In recent years, the percentage of high-risk PCa has significantly increased, as well as the number of prostatectomies performed in patients with unfavorable morphologic features. However, the high-risk group criteria are not fully defined yet. According to various medical associations, a locally advanced or localized disease may have a high risk of progression. Study objective: to evaluate early and long-term results of treatment of patients with high-risk PCa depending on the high-risk group criteria. Materials and methods. The analysis includes results of radical surgical treatment of 832 patients with localized or locally advanced high-risk PCa treated in three medical institutions in St. Petersburg in the period from 2001 to 2019. Clinically high-risk group included patients with one of the following criteria: prostate specific antigen level >20 ng/ml, Gleason score >8, stage (cT); according to the last criterion two groups of patients were identified: HR-EAU (≥cT2c; n = 408) and HR-NCCN (≥cT3a; n = 282). Results. The average prostate specific antigen level was 21.09 and 26.63 ng/ml, respectively, in HR-EAU and HR-NCCN groups (p< 0.0001). The incidence of positive surgical margin, positive lymph nodes (pN+), five-year recurrence-free, cancer-specific, and overall survival did not differ significantly between the clinically high-risk groups. When evaluated according to the criteria obtained from pathomorphological examination of the removed prostate, the HR-NCCN group showed higher frequency of positive surgical margin (24.8 % vs. 19.2 %) and frequency of pN+ (22.4 % vs. 10.4 %). Analysis of long-term outcomes showed less favorable 5-year results in the HR-NCCN group (recurrence-free, cancerspecific, overall survival - 54.8, 87.0, 83.7 %) compared to the HR-EAU group (recurrence-free, cancer-specific, overall survival - 71.0, 92.1, 88.2 %) (p <0.02 for all). Conclusion. Differences in the high-risk group criteria by clinical indicators between associations do not affect early (frequency of positive surgical margin, pN+) and long-term (recurrence-free, cancer-specific, overall survival) outcomes. Pathomorphological indicators are less favorable when evaluated according to NCCN. According to our results, any of the proposed models can be used before radical prostatectomy to determine the prognosis of high-risk PCa patients. However, the NCCN morphological prognostic factors allow better prediction of outcomes and, in accordance with them, prescribe treatment that corresponds to the aggressiveness of the disease.Введение. Рак предстательной железы (РПЖ) высокого риска диагностируется в 15-25 % случаев впервые выявленного заболевания и является угрожающим жизни состоянием, требующим активного лечения. В последние годы число случаев РПЖ высокого риска значимо выросло, как и число простатэктомий, выполненных при неблагоприятной морфологии. Тем не менее критерии высокого риска на сегодняшний день до конца не определены. По данным различных ассоциаций, высокий риск прогрессирования может иметь местно-распространенный или локализованный процесс.Цель исследования - оценить ранние и отдаленные результаты лечения больных РПЖ высокого риска в зависимости от критериев отнесения к группе высокого риска.Материалы и методы. В анализ включены результаты радикального хирургического лечения 832 пациентов в 3 лечебных учреждениях г. Санкт-Петербурга в период с 2001 по 2019 г. по поводу локализованного или местно-распространенного РПЖ высокого риска. Клинически к группе высокого риска относились пациенты с одним из следующих критериев: уровень простатического специфического антигена >20 нг/мл, сумма баллов по шкале Глисона >8, стадия (сТ); по последнему критерию выделено 2 группы высокого риска: ВР-EAU (≥сТ2с; n = 408) и ВР-NCCN (≥сТ3а; n = 282). Результаты. Средний уровень простатического специфического антигена в группах ВР-EAU и ВР-NCCN соответственно составил 21,09 и 26,63 нг/мл (p <0,0001). Частота положительного хирургического края, поражение лимфатических узлов (pN+), 5-летняя безрецидивная опухолевоспецифическая и общая выживаемость между группами клинически высокого риска статистически значимо не различались. При оценке по факторам прогноза, полученным после патоморфологического исследования удаленного материала, в группе ВР-NCCN отмечена более высокая частота положительного хирургического края (24,8 % против 19,2 %) и частота pN+ (22,4 % против 10,4 %). Анализ отдаленных онкологических результатов показал менее благоприятные 5-летние результаты в группе ВР-NCCN (безрецидивная, опухолевоспецифическая и общая выживаемость - 54,8; 87,0 и 83,7 % соответственно) по сравнению с группой ВР-EAU (безрецидивная, опухолевоспецифическая и общая выживаемость - 71,0; 92,1 и 88,2 % соответственно) (p <0,02 для всех). Заключение. Различия ассоциаций в критериях отнесения к группе высокого риска прогрессирования по клиническим показателям не отражаются на ранних (частота положительного хирургического края, pN+) и отдаленных (безрецидивная, опухолевоспецифическая, общая выживаемость) онкологических результатах лечения. Патоморфологические показатели менее благоприятны при оценке по критериям NCCN. С учетом полученных результатов для определения прогноза пациентов с РПЖ высокого риска перед радикальной простатэктомией возможно использование любой из предложенных моделей. Тем не менее оценка морфологических факторов прогноза по критериям NCCN позволяет лучше прогнозировать онкологические результаты и назначить лечение, соответствующее агрессивности заболевания.
Лапароскопическая радикальная нефрэктомия с тромбэктомией из нижней полой вены I - III уровня: опыт одного центра и обзор литературы.
Objective. Radical nephrectomy with thrombectomy of the inferior vena cava is the preferred treatment for renal cell carcinoma with an tumor thrombosis. We describe our experience and presentreview of the literature evaluating the feasibility and safety of laparoscopic nephrectomy with inferior vena cava thrombectomy.Materials and methods. The study included 37 patients who underwent laparoscopic radical nephrectomy with level I–III thrombectomy for renal cell carcinoma in our institution from 2018 to 2021. We analyzed the clinical, radiographic, intraoperative, pathological and postoperative parameters of the patients. The literature was reviewed by the Medline search engine, PubMed, with a review of publications on laparoscopic radical nephrectomy with inferior vena cava levelI–IIIthrombectomy.Results. The mean operation time was 275 ± 60.1 min, the median blood loss was 450 ± 81.6 ml (≥50 % of the circulating blood volume – 32.4 %). Intraoperative complications were observed during 10 (27.0 %) operations. Postoperative complications developed in 29.7 % of patients and reached gradesIII–IV according to the Clavien–Dindo scale on 13.0 % ill. All patients are activated according to the fast track rehabilitation program. The average hospital stay was 5 days. A literature review identified clinical cases and small series demonstrating the technical feasibility and safety of laparoscopic radical nephrectomy with thrombectomy in selected patients.Conclusion. Laparoscopic radical nephrectomy with thrombectomy is a technically feasible approach in carefully selected patients with level I–III tumor thrombosis. Optimal patient selection, extensive experience in laparoscopy and specialized centers are essential for the safe use of thistechnique.Цель исследования – представить непосредственные результаты выполнения лапароскопической радикальной нефрэктомии с тромбэктомией из нижней полой вены I–III уровней в условиях одного онкоурологического стационара.Материалы и методы. В исследование были включены 37 пациентов, перенесших лапароскопическую радикальную нефрэктомию с тромбэктомией из нижней полой вены I–III уровней по поводу почечно-клеточного рака в НМИЦ онкологии им. Н.Н. Петрова в период с 2018 по 2021 г. Проанализированы клинические, рентгенографические, интраоперационные, патоморфологические и послеоперационные параметры пациентов. В системах Medline и PubMed выполнен поиск публикаций, посвященных лапароскопической радикальной нефрэктомии с тромбэктомией из нижней полой вены I–III уровней за последние 10 лет.Результаты. Среднее время операции составило 275 ± 60,1 мин, медиана объема кровопотери – 450 ± 81,6 мл (≥50 % объема циркулирующей крови – 32,4 %). Интраоперационные осложнения отмечены в 10 (27,0 %) случаях. Послеоперационные осложнения развились у 29,7 % пациентов и достигли III–IV степеней тяжести по шкале Clavien–Dindo у 13,0 % больных. Все пациенты активизированы по программе ускоренной реабилитации fast track. Средняя продолжительность пребывания в стационаре составила 5 сут. Обзор литературы выявил клинические случаи и небольшие серии, демонстрирующие техническую осуществимость и безопасность лапароскопической радикальной нефрэктомии с тромбэктомией у отдельных пациентов.Заключение. Лапароскопическая радикальная нефрэктомия с тромбэктомией – технически осуществимый подход у тщательно отобранных пациентов с опухолевым тромбом I–III уровней. Оптимальный отбор пациентов, обширный опыт лапароскопии и специализированные центры являются принципиальными элементами для безопасного применения этого метода
Early recovery program in the radical surgical treatment of patients with prostate cancer: experience of the specialized hospital
Background. Currently, there are sufficient data on the favorable role of fast track program on the course of postoperative period. Nevertheless, the role of these protocols being already included in the standards of the surgical treatment of many cancers is not clear to date in oncourology in general and in the prostate cancer (PC).Objective: to determine the effect of fast track program elements for the results of treatment in patients after radical prostatectomy.Materials and methods. 86 radical minimally invasive (laparoscopic or endoscopic extraperitoneal) prostatectomies were performed for prostate cancer in the period from May 2015 to February 2016 in the Oncological Research Institute named after N.N. Petrov. Patients were divided into 2 groups: in patients of the 1st (n = 44) group included those with traditional surgical management fast track elements were not used at all or were used partly; in the 2nd group (n = 42) these elements were used in a whole volume. We have assessed an influence of fast track elements on the frequency of perioperative and early postoperative complications, operative time, duration of the hospitalization and duration of the stay in intensive care unit, frequency of the repeated surgical interventions, and frequency of the repeated hospitalizations within 30 days of the postoperative period.Results. The presence and the absence of preoperative preparation did not affect an incidence of intraoperative complications. Intraoperative blood loss did not lead to blood transfusions. There were no significant differences in the incidence of 30-day complications between groups. When evaluating postoperative parameters there was difference between 1st and 2nd groups in the pelvis drainage (3.3 and 0.9 days, respectively, p = 0.002), an average duration of catheterization (11.2 and 5.2 days, respectively, p = 0.0003) and duration of hospitalization (15.1 and 6.5 days, respectively, p = 0.0008).Conclusion. Application of fast track program of perioperative management of patients with prostate cancer does not affect the frequency of intraand postoperative complications, but economically it is potentially more feasible, primarily by reducing the term of the patient stay in hospital